?

Log in

No account? Create an account
vencedor

Гадкий индюшонок,

или Жизнь и удивительные приключения Носатика
Продолжение



*
Читать Носатик научился сразу на двух языках. В прекрасном саду сэра Мармадьюка были собраны диковинки со всего света, и каждое дерево, каждый куст, каждая былинка имела собственную табличку с надписью на человеческом языке и на латыни. Посетители, специально прибывавшие из Лондона, чтобы осмотреть сад, имели обыкновение зачитывать вслух не только названия растений, но и описание, родственные связи, описание страны происхождения и историю того, как это растение попало в сад сэра Мармадьюка. Богатый материал для пытливого ума! С каждым разом юный Додо запоминал все больше букв, а также сопоставлял значения слов в обоих языках, и таким образом стал одной из просвещеннейших птиц своего времени. Несколько крупных попугаев, живших в просторном вольере, бесспорно, умели говорить на человеческом языке, но не читать. К тому же, у Носатика создалось впечатление, что они не всегда понимают смысл произносимых слов. Иначе они тщательнее выбирали бы темы разговоров при дамах.
Дни был заполнены до предела. С утра Носатик дегустировал различные виды пищи, а сэр Мармадьюк не спускал с него глаз и диктовал секретарю свои наблюдения. Также важной обязанностью было позирование. Целый отряд художников писал его маслом, акварелью, углем и сангиной, во всевозможных ракурсах, в движении и статике. Понимая всю лежащую на нем ответственность, Носатик принимал самые изысканные позы, поднимал и вытягивал крылья, шаркал ногами, гнул шею, наклонял голову в разные стороны и сверкал на зрителей своими прекрасными глазами. Эти тренировки пригодились ему и в саду, когда он выходил навстречу посетителям и очаровывал их с первого взгляда. Сэр Мармадьюк выписал и журналистов из самых известных газет, чтобы они освещали ход эксперимента по изучению последнего представителя вымершего вида, так что они подыскивали самые точные слова для описания живого экспоната.
Носатик купался в лучах славы и внимания, но постепенно холод одиночества проникал в его душу. Он так привык к компании своих братьев и сестер, и даже когда они покинули их с мамой Клокло - все же он находился всегда рядом с ней, окруженный сутолокой птичьего двора. Обитатели сада сильно отличались от общества, к которому привык Носатик. Павлины были слишком надменны и оттого не склонны к живым беседам, попугаи - слишком вульгарны, да и отгорожены от всего мира решеткой. Сколько ни бродил Носатик вокруг пруда, ему так и не довелось встретить там сына тетушки Мими, а на вопросы о его местонахождении отвечали молчанием не только павлины, но даже и попугаи. Юный Додо подумывал уже о том, чтобы пробраться тайком на птичий двор и, если повезет, остаться там негласно. Его останавливало только чувство морального долга перед тетушкой Мими. Не раз, когда втроем с ней и мамой Клокло они обсуждали перспективы его будущей жизни, тетушка наказывала непременно передать сыну при встрече ее материнское благословение и привет.

*
Неизвестно, на что оказался бы способен скучающий юноша, если бы не библиотека. Это был целый мир, который юный Додо открыл для себя по чистой случайности. Как-то раз, прогуливаясь вместе с сэром Мармадьюком после завтрака по саду, он увлекся и не отстал от ученого даже когда тот поднялся по ступенькам в дом. Тот же, в свою очередь, был настолько погружен в обдумывание новой статьи, посвященной пищеварению додо (для написания этого труда необходимо было вскрытие, и сэр Мармадьюк пока только обдумывал эту статью, откладывая решительные действия на потом, ближе к зиме, когда поток посетителей схлынет, уникальный экспонат будет запечатлен уже во всех ракусах и опубликован во всех газетах, и в живом состояни будет исчерпан как тема для светских разговоров и научных статей).
Встретившемуся по дороге лакею сэр Мармадьюк отдал неразборчиво какие-то распоряжения, но последние слова он произнес уже удаляясь и оттого - громче.
- Подайте в библиотеку!
Тут уж Носатик вспомнил, что ему предстоит стать украшением этого загадочного места, и постарался сделаться совсем невидимым. Это было нетрудно: слуги, попадавшиеся им на пути, полагали, что хозяин знает о своем пернатом спутнике, а сэр Мармадьюк был слишком погружен в воображаемый процесс вскрытия. Додо же был одержим страстью к открытиям и настроен решительно. Что такое быть украшением, он уже знал: его неоднократно называли украшением коллекции и украшением сада. Но что такое библиотека? И когда же, наконец, он приступит к выполнению своей миссии и там?
Так юный Додо воспламенился духом и пробрался, следуя за ученым, до самой библиотеки. Оставаясь незамеченным, он осторожно осматривался в огромном помещении, разглядывал уставленные непонятными штуками насесты и дивился устройству человеческого дома изнутри. Сэр Мармадьюк удобно сидел в кресле с рюмкой шерри и книгой, в библиотеке стояла тишина, нарушаемая только шелестом страниц. Носатик ступал неслышно, изо всех сил сдерживая желание восклицать. Он разглядел знакомые очертания букв на корешках книг и, сопоставив этот факт с тем, что сэр Мармадьюк внимательно вглядывается во внутренности одной из них, догадался, что в них содержатся знания. Сильнейшее возбуждение охватило его. За недели, проведенные в саду среди пояснительных табличек, он пристрастился к чтению и перечитал их все уже давно, а самые интересные - и не по одному разу. Здесь же... Здесь целый мир хранился в тесных тайниках из сафьяна и коленкора. От восторга у Носатика закружилась голова.
Немного переведя дух, он стал обдумывать, как же ему, с его телом, не оснащенным столь же гибкими и ловкими верхними конечностями, как у сэра Мармадьюка, добраться до содержимого книг. Прежде всего - как снимать их с насестов. Тут он вспомнил, что, когда он вошел в библиотеку, книга уже лежала развернутой на подставке рядом с креслом. Что ж, ему остается только найти путь в библиотеку самостоятельно, когда она будет пуста, и читать то, что читает сэр Мармадьюк. Делать собственный выбор ему, может быть, и не дано, но что годится для британского ученого, то сгодится и для додо! И, ободренный этой мыслью, Носатик решил продолжить осмотр библиотеки, раз уж почитать ему удастся только тогда, когда сэр Мармадьюк покинет ее. Продолжая соблюдать все меры предосторожности, чтобы не быть замеченным, он прошел вдоль насестов до ниши в стене.
Вдруг навстречу ему из нишы прянул ярко-красный клюв на гибкой длинной шее угольно-черного цвета. Черный призрак библиотеки! - мелькнула паническая мысль. И Носатик, отпрянув, с размаху сел пушистым задом на пол. Только мягкий ковер спас его от разоблачения в эту минуту. Красный клюв замер и не шевелился. Носатик собрался с духом и смог разглядеть яснее преставшую его взору картину. На низкой тумбе в нише перед ним стояла мертвая птица, черная и неподвижная, с тусклыми безжизненными перьями и бессмысленно блестящими пустыми глазами.
Все еще еле дыша, юный Додо подобрался поближе и смог прочитать на табличке, прикрепленной к тумбе: Чёрный лебедь Cygnus atratus.
Буквы расплывались перед его глазами, и он не стал вчитываться в длинный сопроводительный текст, но одно слово в конце привлекло его внимание, и он, щурясь, разобрал сквозь слезы: "Чучело изготовлено собственноручно сэром Мармадьюком М."

Продолжение следует...

Comments

Ужас какой! бедная Мими((( Некоторые ученые такие твари
Да, ученые да. Чучело.