?

Log in

No account? Create an account
ждать

Человек, которого нет - 14

Неокончательный диагноз: Кресло стоматолога

Он все еще пытался сохранить здравый рассудок. Для этого нужно было найти объяснения загадочным явлениям. Какие-то реальные события, может быть, травматический опыт из раннего детства, что-то, что было «на самом деле», что-то из ее жизни, что он мог бы вспомнить. Например, как он отшатывался от чего-то ужасного, вжимаясь в спинку стула – может быть, это было в кабинете стоматолога? Дети боятся зубных врачей, и несколько десятков лет назад с анестезией было все далеко не так благополучно, как сейчас. Помнишь, как та тетка заехала тебе сверлом в десну? И потом тебя же отругала: «что ты дергаешься, я просто не туда попала!» Это было уже в школе, а что было раньше – ты ведь не помнишь? Могло быть что угодно.
Это правда.
Но представить себе, как эта девочка обвисала в стоматологическом кресле, как будто привязанная, как будто потеряв сознание, он не смог.
Точно так же мысли об ужасном насилии в детстве вызывали озабоченность: «говорят, это случилось почти со всеми, и никто не помнит, значит, надо вспомнить, это ужасно, но хоть что-то объясняет»… И ничего кроме этих мыслей, никакого эмоционального отклика, никаких картинок.
Да, он перенес две операции с наркозом, но он лежал на столе, а не сидел, привязанный к стулу, и никто не требовал от него выдать информацию, которую он не хотел раскрывать, он не испытывал пылающей, ледяной ненависти к врачам, он не собирался бороться с ними, не готовился победить в неравной борьбе, не оплакивал себя и не боялся таким запредельным, невыносимым ужасом.
И теперь, и в дальнейших сессиях с М. он будет упорно задавать себе одни и те же вопросы: чем этот кошмар был в реальной жизни?

Разговоры на полях: Ты меня слышишь?

- В этой истории как будто две части, - говорит он К. - Одна – прекрасная. Там столько счастья… радость, успех. Гордость. Любовь…
- Ты помнишь, откуда она узнала о Вальпараисо? Когда она очаровалась им?
Он теряется. Пытается сообразить. Она? Очаровалась? Он не может вспомнить, знала ли она вообще толком об этом городе.
- Какое чувство ты испытываешь, когда думаешь о той жизни? – спрашивает К. в другой раз.
И он снова теряется. Ну… какое… Разные. От блаженства до ужаса, смотря о чем думать. Это ведь – жизнь. Она длинная. Она разная. Бывает всякое. Как можно чувствовать к собственной жизни что-то одно? С другой стороны, если рассматривать «фантазии о той жизни» как метафору, то, наверное, и правда – должно быть какое-то одно чувство. Но у Лу нет одного чувства для той жизни. Как и для этой.
Да, хочет он сказать, в той истории две части, ты слышишь? Одна – о счастье и радости, о вдохновении, об удаче. И вторая – кошмар и ад. И ты мне так нужна, чтобы пройти через него.
Но он еще не может произнести некоторые слова. Думать их уже может, говорить вслух – нет.
В другой раз он рассказывает ей о сессии с М., показывает, как завел руки за спинку стула, как повис… Не говорит, как он сам понимает это, не называет происходящее никак. Только показывает телом и говорит о страхе, об усталости, которые чувствовал потом.
- Ты идентифицируешь это как пытки? – спрашивает К.
Он кивает. Он бесконечно благодарен ей за понимание.
- Мы можем работать с этим как с метафорой.
Этого ему недостаточно. Но он будет снова и снова пытаться получить то, в чем так нуждается.
Лу готов искать «настоящее» происхождение этого кошмара, разбирать и разоблачать его, но не здесь, не у своего терапевта. Для этого есть метод, инструмент, есть М.
Здесь он ищет утешения и сопереживания в этом кошмаре. Так трудно оставаться с ним один на один. Ему нужно место, где можно плакать. Человек, которому можно плакать.

Записки сумасшедшего: Между психушкой и каменным хлебом

А если я настоящий и не сумасшедший?
Если я такой, то могут быть и другие такие же? Настоящие. Не сумасшедшие.
С ума сойти. Мир взрывается.
Я как-то разговаривал с одним человеком. Это было давно, я тогда совсем немножко стал соображать про себя. Заметил про яблоки и книжки, перестал класть сахар в чай... То есть я уже сообразил, что я - не она. Но кто я - понятия не имел, вообще. Успокаивал себя тем, что если бы было надо - я знал бы. А так мое дело - делать мое дело, быть мной и делать то, что считаю важным и нужным. И какая разница, кем я был и что делал раньше?
Тогда мне не приходила в голову простая мысль...
Что я делал раньше? Наверное, то же самое. Что еще я мог делать? То, что любил. А старая любовь не умирает, правильно? Значит, я и сейчас люблю делать то же самое, а я люблю говорить - вслух и в письменном виде, рассказывать истории, сообщать, излагать, выбирать и правильно составлять слова, сочинять образы и метафоры, убеждать, делиться знаниями и чувствами, увлекать и предостерегать, очаровывать, воодушевлять, заставлять задуматься, подкидывать идеи...
Тогда я не понимал, что если люблю и умею - значит, любил и умел. Могу продолжать этим заниматься - чего же мне еще? Что еще я хочу знать о себе?
Это кажется очевидным теперь, когда я - знаю (насколько возможно назвать это знание знанием). Одно сложилось с другим, как ладонь с ладонью. Не идентичны, но явно одна пара рук. Тогда я не знал.
Делай свое дело, говорил я себе, а остальное приложится, а не приложится - так и обойдешься, лишь бы дело делалось, лишь бы справиться, а ты справишься, ты уже...

А с тем человеком мы познакомились в интернете, оба писатели, оба фантасты, было о чем поговорить. Потом я останавливался у него, когда приезжал в тот город по делам. И мы разговаривали вполне доверительно. Я рассказал о том, что чувствую себя не совсем здешним, как будто я проснулся - и не помню, где был раньше, как был. Человек мне сказал: я тебя знаю. Я тебя видел. Ты высокий, синеглазый, с длинными волосами, развевавшимися на ветру, то ли воин, то ли маг, то ли бард... И таким голосом, что понятно - эльф, не иначе. Впрочем, они там все были эльфы.
Я ничего против эльфов не имею, ей же ей. Да и почем я знаю, эльфы они или кто? И мне ли решать, кто тут настоящий, а кто «заигрался»? Мне бы с собой разобраться.
Только я-то не эльф. Точно не эльф. Это я всегда знал. Я вообще человек обычный, обыкновенный. Может, не глупый и довольно симпатичный, но никаких пронзительных взглядов и полетов среди звезд... или что там положено?
Че-ло-век.
Обычный.
Я знаю.

Потом я еще встречал или слышал о таких. Несколько экземпляров Гарри Поттера. Пара-тройка Феаноров. И еще кое-кто.
Просто так уж не везло: если встречу кого, так оказывается или эльф какой непростой могучий, или владыка другого мира, или Гарри.
И мне от этого делалось так неуютно, что хоть все бросай и... И что? Считать себя обратно ею? Не выйдет. Этот шалтай-болтай уже не соберется в скорлупу, и вся королевская рать его туда не затолкает. Совсем отказаться от того, что я есть, я уже не мог. Но и всерьез утверждать что я есть - в такой компании - невозможно. Как в том стареньком анекдоте про психбольницу. А главврач и говорит: не верьте им, не верьте, Наполеон - это я!
Оставалось только замереть в неудобной позе: я вроде бы есть, и вроде бы меня же и нет. Потому что если я есть - то я какой-то гарепотер, извините, а я же не гарепотер, я же просто человек. Не д'Артаньян, не Люк Скайуокер, не Джек Воробей... Я - просто я, человек обыкновенный, не пират, не мушкетер, не герой. Не нуждаюсь в поклонниках и обожателях, так что и загадочность мне ни к чему. Никого не хочу очаровать - кроме как своими текстами, а текстам не нужно притворяться кем-то другим, тексты вот они, есть как есть или нет как нет. Я про себя не сочинял, никакого сходства себе с кем-то замечательным не приписывал, я пытался понять только одно: я есть? - и второе, если можно, хотел бы знать: кто я?
А что повесть написали... Кто ж мог знать, что Катерина меня не забудет? Я на это не рассчитывал, да и не мечтал об этом. И незабудки мои не про нее.

Записки сумасшедшего: Анекдот про Луну

Есть еще анекдот такой. Там так: в дверь звонят, хозяин открывает, а там стоит такой - в сером плаще, в шляпе и в темных очках, я, говорит, вас видел на Луне. А хозяин ему в ответ: а я вас видел на... В общем, там, куда обычно с таким предлогом посылают. И когда мне говорили, что меня видели в прошлой жизни, и я там был кем-то таким и эдаким, мне всегда этот анекдот вспоминался: а я вас видел на Луне. Ну-ну.
Но в том и беда. Или я есть - и тогда как я могу отрицать возможность встречи с Гарри Поттером? Или Гарри – литературный герой, его не существует, и тогда я должен признать, что меня тоже нет.
Так я себя и отрицал, для собственного спокойствия.


Картинка для усиления эффекта:

Comments

я здесь
Ааааа!
Штооо?
Не, всё круто. Просто интересно очень.
Аааа! )
*.*
Я здесь.
Похоже, догнала, дочитала до свежего. И как в стену головой: что, всё? Больше пока не выложено? Аааааа!
Продолжения жду и страшусь одновременно. Вангую, что дождусь следующей части, но сразу читать не буду, дождусь после-следующей, а может и потом. Понарезаю круги, как кот вокруг крынки со сливками, чтобы потом сразу много, досыта, до отвала!
А главное, этот твой текст настолько честный, что стучится куда-то глубоко внутрь и заставляет ворошиться на дне черепа какие-то совсем забытые и крайне дурацкие мысли о себе. Черт побери, я хочу поговорить об этом!
Да запросто можно поговорить! )
Спасибо, что читаешь,что отзываешься.
Я действительно стараюсь сделать максимально честный текст. Максимально.
Ты в воскресенье занят?
Привет! Прояснилось про воскресенье. Я свободен. Приедешь?
Приеду! Во второй половине дня, назначай удобное время точнее. Прихвачу, пожалуй, скандинавские палки с собой ))
В пять мы будем рады видеть тебя. Часов до семи-восьми. Палки - не знаю, в такую жару выползу ли в парк. Хотя, возможно, там и лучше, но в выходные там полно же народу.
ок, я к пяти подъеду. Мы сегодня на речке были, шашлычничали, так на ветру даже зябко было. Так что жара не везде.
Значит, дом нагревается так. Тогда надо выползать.
.
дааааа, повесть о каменном хлебе в этом контексте напрягает - не то слово. Бедный Лу. Тут поди отдели свою правду от чужих... чужого... полного спектра, от заблуждений до интересов.