?

Log in

No account? Create an account
vencedor

Ай-йииии, пичалько, никакого места в "Первоапрельском безумии" я не занял и никакого приза не получил, и вот такой вот рассказ был там у меня.



Отель «Перекресток»

- Вольфрам Мария… Леонидас… Иннокентий… Простите, не расслышал, а как вас по матушке?
- Несмеянович.
- Фамилия?
- Понтец-и-Хуарец! – с каменным лицом ответил Иннокентий.
Регистратор одарил Иннокентия радушной улыбкой.
- Поздравляю! Мадемуазель Продольно-Поперечная прибудет к вечеру. Она распорядилась приготовить для вас лучший из наших люксов.
- Я рассчитываю на самый скромный номер.
- Но ведь вы жених молодой госпожи Продольно-Поперечной!
- И все же, нельзя ли мне занять номер скромнее, лишь бы с приличной ванной? – с достоинством возразил Иннокентий, поправляя манжеты, изящно выглядывавшие из рукавов простенького сюртука.
- Мадемуазель Продольно-Поперечная будет очень недовольна.
- Пусть, - упрямо ответил Иннокентий.
- Решительный характер, благородная скромность! – в голосе девушки, появившейся в вестибюле гостиницы, приятно сочетались уверенность и лукавство. – Господин Понтец-и-Хуарец, не может быть никаких сомнений, это вы!
Из груди Иннокентия невольно вырвался восхищенный вздох, который равно мог быть вздохом облегчения: по условиям предварительного соглашения жених не должен был видеть изображений невесты до личной встречи.
- Мадемуазель Продольно-Поперечная?
Девушка властным жестом остановила регистратора и мягко улыбнулась Иннокентию:
- Обойдемся без церемоний. Зовите меня просто – Мари.



Она пригласила его на ужин в ресторане, расположенном на крыше «Перекрестка». Он попытался отказаться от приглашения, ссылаясь на головную боль и дорожную усталость, но Мари нежно коснулась его рукава и, приглушив голос, сказала, что позаботилась обо всем, и пусть он ни в чем себе не отказывает, ей только в радость!
К вечеру Иннокентий чувствовал себя свежим и бодрым, подогнанный по фигуре бархатный френч сидел идеально, брови и ногти приобрели изящную форму, лицо сияло, обрамленное романтичной щетиной, на скулах лежал тонкий румянец, на губах играли мягкие блики… Его природная красота была доведена до совершенства благодаря искусству парикмахеров и портных. Наконец он чувствовал себя уверенно: никакой штопки, никаких лоснящихся пятен, никаких следов перелицовки и надставки рукавов и штанин! Свежайшее белье, аромат дорогого парфюма, легкость движений после массажа и ароматических обертываний.
Они сидели у самого края крыши, облокотившись на перила, и непринужденно болтали, глядя вниз на прохожих и экипажи. Мари развлекала его забавными историями из своей жизни, призналась, что лучше всех в классе знала математику, но всегда проваливалась на контрольных и экзаменах, Иннокентий в ответ признался, что в силу наследственного порока он никогда-никогда в жизни не смеялся – и не сможет, она с привычным уже благородством заметила:
- Но у вас такая обаятельная улыбка! – чем повергла его во все усиливающееся смущение…
- Не покататься ли на дирижабле? – спросила она, как бы невзначай касаясь его руки.
- Зачем вызывать дирижабль? – удивился Иннокентий. – Отсюда все прекрасно видно.
- Нет, нет! – настаивала она. – Сегодня обещают роскошный звездопад – поднимемся выше, чтобы городское освещение не мешало любоваться им!
Он согласился, и она махнула рукой официанту, как будто все заранее было приготовлено ею, с ее обычной предусмотрительностью.
- А если бы я отказался?
Она приблизила губы к его уху и шепнула, почти целуя:
- Я нашла бы способ тебя уговорить.
- Почему ты приехала раньше? Я ждал тебя только вечером…
- Я умирала от любопытства, - призналась она. – И я счастлива, что не потеряла эти часы своей жизни, что я провела их, замирая от счастья и упиваясь надеждами.
- И я, - признался Иннокентий. – Я счастлив, что уже несколько часов я знаю тебя. Я опасался, что…
- Что я уродлива? – засмеялась Мари. – Кривонога, близорука и толста?
- Ну, - смутился Иннокентий, - у нас там говорили разное… Я опасался связать свою жизнь с женщиной, которую не смогу полюбить.
- Тебе это не грозит, - твердо пообещала Мари.
- Я знаю, - счастливо откликнулся Иннокентий.
- Кататься, кататься! – воскликнула Мари, вставая, потому что небольшой прогулочный дирижабль уже встал над крышей отеля, и длинная лестница, сверкая начищенной медью, опустилась из открытой гондолы. В это самое мгновение внизу раздался голос швейцара:
- Добро пожаловать, мадемуазель Продольно-Поперечная!
Иннокентий наклонился над перилами и его взору предстала карикатурная фигура в платье моднейшего фасона, в массивных гогглах с толстыми выпуклыми стеклами, с важным видом хромавшая от экипажа к входу в отель. Отвернувшись от улицы, он в глубочайшем потрясении взглянул на Мари. Та только громче рассмеялась:
- Да, Мари Продольно-Поперечная, моя соученица и тезка! И заодно – твоя невеста.
- Объясни мне, что происходит?
- Надо торопиться!
- Нет, я не сдвинусь с места, пока ты не объяснишь.
- Слушай же! Мари – мадемуазель ПэПэ, как мы дразнили ее в институте, - знала, что я собираюсь свататься к тебе, но мне стоило труда уломать маму, которой хотелось найти жениха побогаче. Она знала, что я почти добилась успеха! Она пришла к нам и рассказала все вздорные выдумки, каких много бывает о любом неженатом молодом человеке… Ну, ты знаешь. Мама была шокирована и запретила мне даже думать о тебе. Я, разумеется, не отступилась, но время было упущено: ПэПэ просила твоей руки и получила согласие. В своей наглости она зашла так далеко, что попросила меня предоставить ее жениху лучшие номера в моем – моем! – отеле. Что ж, я не отказала дорогой подруге в столь ничтожной просьбе. И вот… Я – Мари Маринична Лисицина, и я здесь, а там – твоя невеста. Бывшая. Потому что, прости, дорогой, я немедленно тебя – похищаю. Ты – согласен?
Едва дирижабль взмыл над крышей, над столиками ресторана взметнулись золотые струи фейерверков. Ладонь Мари Лисициной крепко сжимала руку счастливого жениха, снизу летели проклятия разгневанной мадемуазель Продольно-Поперечной, визг и хохот гостей ресторана, золотые и алые искры – а им навстречу с неба летели звезды.
Иннокентий Понтец-и-Хуарец не умел смеяться. Он держал за руку невесту и проливал счастливые слезы, как и положено всем влюбленным перед свадьбой.

Comments

Уж не знаю, чего хотели на конкурсе, а там было много весьма чудесных историй.
В любом случае, я рад, что участвовал - а то бы и не было такой прекрасной помолвки и таких чудесных персонажей.
И почитал там хорошего много!

Но за своих, конечно, в первую очередь болел.
Ну, логично, что не занял:), это слишком тонкая и изящная история для того, чтобы быть безумной.
Да-да, тонкая, изящная, хвалите меня хвалите :)
лихо :)
знай наших :)
мне нравится эта барышня.
Прочла два раза. Кайф.
Сейчас перечитываю - при всей как бы смене ролей, они, кажется, остаются мужчиной и женщиной, и это меня самого удивляет, как оно так получилось.
он классный. и похихикать, и подумать, и просто чтобы тихо потащиться от антуража, деталей и атмосферы.
уу, я рад, что тебе понравилось, такая штука вышла!
фамилии повеселили. И "прости, дорогой, я немедленно тебя - похищаю"...прекрасно
Ах, Понтец-и-Хуарец - мой личный маленький шедевр, я ужасно рад.
Какая прелесть:)
уйййй :) а мне все время прочтения хотелось эту мадмуазель прибить. Какая истинно матриархальная самоуверенность! скажем честно, я, представив себя собой а мари каким-нибудь мега-мачо, ушла бы с крыши уже на моменте "тебе это не грозит".
ну вот скажи мне, автор, ну скажиииии... почему он ее полюбил-то? потому что красива7 потому что абсолютно все решила за него, не оставляя ему права даже на мелкие решения, будь тут хоть трижды матриархат? потому что им овладело апрельское безумие???
Да она ж его будет лупить! вот точно говорю - будет.
Классный рассказ. Сейчас вот перечитал и снова получил удовольствие.

А ещё спасибо тебе за рекламу конкурса. Без неё я бы прошёл мимо этого моря позитива.
Ну и здорово!
Очень был крутой конкурс, фонтаном хлестало! Но я тебе поставил крестик, почувствовал :)
Да, весело было преизрядно.
Гендерные роли развернуты на 180 - но... Но это же наш мир! Отмыть, приодеть, доказать маме, что он - самый лучший, и все это действительно в радость.
Черт, может, я ничего не поняла, но: Я опасался связать свою жизнь с женщиной, которую не смогу полюбить. + вот это: Иннокентий в ответ признался, что в силу наследственного порока он никогда-никогда в жизни не смеялся – и не сможет, она с привычным уже благородством - (да, меняю шрифт, нифига не зря вы так сказали) заметила:
- Но у вас такая обаятельная улыбка! – чем повергла его во все усиливающееся смущение…

- самые важные фразы в рассказе - ИМХО.
Мари не сомневается, что сумеет полюбить принца-несмеяна?
Спасательство?
Большие Спасюки?
Ох, я готова признавать, что ни-че-но не понимаю, мне очень нравится рассказ, но насчет будущего этой пары имеются весьма недобрые предчувствия.
*мрачно*
У меня насчет будущего любой пары - весьма недобрые предчувствия.
Ну а на самом деле, "сделать красиво" - без невротических загибов весьма затруднительно.
Так что молодые люди, конечно, попали - но они попали бы в любом случае, с такими своими привычками. Посмотрим, может, еще научатся чему-нибудь новенькому в жизни. Может, еще встретим их где-нибудь... под мостом :)))
какая дивная и изящная история.